«Рунология» – предмет тюркологии ?
В науке, где изучается история, культура, язык наших предков есть несколько ключевых понятий, которые служат стержнем, образующие ядро этого комплексного исследования. Один из главных моментов - это материальная и письменная культура. Эти два понятия тесно взаимосвязаны друг с другом, но постигаются по-разному, для тюркского мира важна духовная преемственность, которую мы ищем в материальном мире саков и гуннов, а письменность является одной из ранних культур самих тюрков, что позволяет нам изучать их мир в полном объеме.
«Тюркские рунические письмена» - это название знакомо каждому, кто интересуется тюркологией. Но далеко не всегда мы разбираемся в этих понятиях, не всегда задумываемся, что несет понятие « руны», следовательно – «рунология», которое часто стало звучать в научном мире.
Само слово «руна» вовсе не означает «буква» или «знак». Оно означает «секрет» или «тайна». Слово руна – аналог латинского аpканум (напpимеp, "аpканы" Таро) или греческого мистерион ("мистеpия"). Это дает нам важнейшее свидетельство об истинном значении слова. Системы рун вовсе не являются просто системами букв в обыденном смысле. Скорее, это системы тайн или таинств. Все индивидуальные секреты происходят из предвечного Великого Секрета – Руны . Древний корень этого слова первоначально означал «шепот» или «рев», «вопрос» или «просьбу». Таким образом, мы видим, что pуна – понятие двойственное. С одной стоpоны, pуна вызывает перемены благодаря силе голоса, с дpугой – она занята вечным поиском ответов на, казалось бы, неразрешимые вопросы.
Руны – знаки древнейшего германского алфавита (со 2 в. до позднего средневековья), высекавшиеся или вырезавшиеся на камне, металле, дереве, кости и распространённые в Скандинавии, Исландии, Гренландии, Англии, Сев. Европе, Сев. Причерноморье, в Старой Ладоге и Новгороде.
Состав алфавита и начертание рун менялись с течением времени. Существует старший рунический, т. н. футарк, и младший рунический, или датские руны, алфавит. Старший рунический алфавит содержал 24 руны, младший - 16 рун. Младший алфавит постепенно вытеснил футарк, последовательно редукцией и модификацией которого он является, и утвердился в Скандинавии примерно к концу 8 в. Древние типы рунических алфавитов были функционально или географически ограничены: т.н. усечённые руны (нем. Stutzrunen), широко распространённые в Швеции и Норвегии в эпоху позднего средневековья и иначе называвшиеся шведско-норвежскими рунами; пунктированные руны, возникшие не раньше 12-13 вв.; англо-саксонские руны, включавшие в свой алфавит 33 знака. Знаки рунич. алфавита могли читаться слева направо, справа налево, или бустрофедоном. Словораздел (при помощи пунктиров или точек) встречался редко. Происхождение рун окончательно не выяснено. По мнению норвежского рунолога К. Марстрандера, они являются модификацией одного из североиталийских алфавитов. Рунические надписи (футарк) чаще всего состоят из одного или нескольких слов, например: имя собственное, посвящение или магическое заклинание типа (alu) на брактеате (круглой подвеске из золота) из Дарума. Надписи из нескольких строк - явление редкое. Надписи, выполненные младшим алфавитом, состоят обычно из нескольких строчек. Для рунических надписей характерны стереотипные формулы, наличие элементов сакральной и поэтической лексики, магического заклинания, общая приподнятость тона.
В языке старших рунических надписей можно усматривать своеобразное литературное койне, первый в истории германских языков литературный, наддиалектный язык.
Понятие руны также связано с эпическими народными песнями у карелов, финнов, эстонцев. Они возникли в глубокой древности, отразили отдельные стороны материальной и духовной культуры первобытнообщинного строя, пережитки матриархальных и патриархальных отношений. Генетически восходят к архаичным космогоническим мифам. Основные сюжеты связаны с образами эпических героев Вяйнямёйнена и Ильмаринена. Поэтика руны характеризуется параллелизмом стихов, анафорами, лексическими повторами, постоянными эпитетами, сходством сюжетных коллизий. Исполнение рун преимущественно одноголосное (соло или поочерёдно двумя рунопевцами), иногда оно сопровождалось игрой на кантеле. Из рунов составлены эпосы «Калевала» и «Калевшгоэг». Известными исполнителями рун были карелские сказители Перттунены, финские сказители Ю. Кайнулайнен, Параске Ларин.
В тюркологии «руны» – сочетается с названием «древнетюркские руны». Понятие «древнетюркские рунические письменные памятники» является объектом исследования письменности тюрков. Оно связано с открытием руноподобных письмен древних тюрков исследователями- путешественниками русской и европейской экспедиций. За казавшееся сходство с европейскими германскими рунами письменность была названа поначалу « рунической ». Так как, изначально и сследовани е древних сибирских письмён проходили в долинах Енисея , эта письменность получила название енисейского рунического письма. В процессе длительного изучения идентичность с другими рунами не подтвердилась, хотя внешнее сходство некоторых рунических знаков не вызывает сомнения , а условное название закрепилось в тюркологической науке вначале как «енисейские рунические письмена».
За последние два столетия ареал распространения тюркских рунических памятников намного расширился. Найдены эпитафические надписи и в Казахстане, в Центральной Азии, предметы с руноподобными надписями обнаружены в древних сакских курганах и на скалах. В последующем, с расширением ареала распространения и выявления этих памятников появились названия «орхонские руны», «таласские руны», или «орхоно-енисейские рунические памятники» и др.
Подлинники рунических надписей находятся в основном в трёх странах мира: в России (Саяно-Алтай), Монголии и Китае (провинция Синьцзян). Исследование рунических надписей в нашей стране продолжил ученик Н.Ф. Катанова С.Е. Малов. Мессершмидт открыл енисейские надписи миру, Н.М. Ядринцев создал условия для их дешифровки, В. Томсен определил буквы и язык письма, В.В. Радлов постиг содержание текстов, С.Е. Малов создал школу советских тюркологов , Л.Р. Кызласов заложил историческое понимание древних енисейских текстов и основы рунической палеографии.
Как и нельзя отрицать убеждённости древн етюркского обществ а в том, что письменность — дар божий, доступный лишь служителям Тенгри , что древн яя письменност ь произошл а когда-то внутри религии. Магическое значение также проторуническ ого письм а, его применение в замкнутом, узком, жреческом кругу доказывают э питафи ческие надписи на валунах у древних захоранении тюрков . Не случайно , что архаичн ые образцы письма с охранен ы в наиболее консервативных поминальн ых ритуалах . Не исключена и далекая генетическая связь древнетюркской рунической эпиграфики с скандинавскими магическими рунами. Но данный факт еще не дает повода «загонять в общие рамки» рунологии тюркские руны графического характера и магические скандинавские руны.
До наших дней в тюркологии до конца не определено, что расскрывает в науке понятие «руны», и объектом какой отрасли историко-филологического направления являются тюркские рунические письмена. Как мы заметили выше «руны» и «рунология» подразумевают очень обширные понятия. Отсюда вытекают ошибочные названия и неточные определения объекта как предмета изучения в тюркологии. До конца не систематизированы его направления по объектам исследования. На самом деле очень мало рунологов-лингвистов даже на исторической родине этой науки – в Европе, так как руны там в основном являются объектом окультизма и магии. А в тюркологической науке, которая косвенно относится к рунологии лишь схожим названием своего письма, и вовсе нет таких специалистов. Термин «рунология» употребляет видный тюрколог И.Н.Кзыласов в своих трудах как альтернативное название «тюркской рунологии», но для изучения этого направления как специальности указывает на термин «руническая эпиграфика».
В наше время тюркология больше развивается в лингвистическом направлении, в вузах для филологов преподается предмет «Введение в тюркологию», как начало сравнительной грамматики тюркских языков. В филологической науке тюркология изучается в двух направлениях, таких как тюркские языки и литература тюркских народов с древнейших времен. В истории она изучается в сфере древней истории Казахстана. На самом деле под тюркологией надо подразумевать не только лингвистику, но все науки которые изучает тюркский мир, т.е. их культуру, историю, этнологию, психологию, педагогику, и т.д.
Неопределенность названия и понятия свойственна тюркологии именно лингвистического направления. Многие ученые, не придерживаясь исторической даты и хронологии развития тюркского мира, приписывают все письмена до Х? века к древнетюркскому периоду.
По фактам принятой исторической хронологии тюркских письменных памятников рассматривают три этапа: древнеписьменные памятники (?І-ІХ вв.) (древнетюркские рунические письменные памятники и древнеуйгурские манихейские письменные памятники) , среднетюркские памятники (Х-ХІ?) (памятники письмен исламской эпохи и периода Золотой Орды, Мамлюкские памятники, сюда можно отнести тюркские письменные памятники Восточной Европы) , новые тюркские письмена (с ХІ? века до наших дней).
Первыми письменными источниками тюркского мира являются рунические источники, классическим эталоном которых являются памятники Культегина, Бильге кагана и Тонюкука. Древнеуйгурские манихейские письмена в лингвистическом и в других аспектах не изучены вообще. В данное время они служат базовым материалом изучения языка и культур современных уйгур, идет исскуственная идентификация между древними тюрками и древними уйгурами. Древнеуйгурский каганат является приемником Тюркского каганата, и составляет единый комплекс древнетюркского мира. В его состав входили многие тюркские племена, которые существовали в составе Восточнотюркского каганата, также предки крупных казахских племен найманов и кереев. В истории известно, что уйгурская письменность впоследствии перешла к монголам через уйгур-найман. О письменности уйгур-найман писал еще С.Аманжолов. Приемниками древних уйгур считать только современных уйгур, которые до ХХ века носили этноним(назывались) турфанцы, хотанцы, кашгарцы, является весьма спорным и сомнительным. Ученым предстоит разобраться еще в том, какие рунические тексты принадлежат к манихейскому периоду местной истории культуры, а какие к предшествующей, так сказать, языческой стадии развития. Каждая из этих ступеней имела отличную друг от друга духовную жизнь, и не учитывать этого в исторических и филологических изысканиях отныне невозможно. Следует понять и исследовать те обряды обоих обозначенных этапов, которые требовали применения письма. В отношении доманихейской стадии эти обряды, вероятнее всего, укажут нам на ту мировоззренческую среду, с которой был прямо связан загадочный процесс древнего внедрения и вековечного сохранения рунической письменности тюркоязычных народо в. Другая возможность постижения письменных памятников, замеченная эпиграфистом в конце ХХ в., - это строгое соблюдение направления письма и размещение личных тамговых знаков на памятных надписях.
В Казахстане по языку рунических памятников защищено всего около пяти диссертаций. Эти изучения проводились на базе тюркской рунической эпиграфики , более всего принадлежащая эпиграфике (изучающей надписи на твёрдых материалах), в меньшей степени - к археографии (исследующей рукописи). Основателем и ведущим специалистом такого комплексного исследования в Казахстане является последователь московской тюркологической школы профессор А.С.Аманжолов. Но у этой науки, которую точно следовало бы именовать не рунологией, а тюркской рунической эпиграфикой , свой предмет изучения и свои методы исследования. Это не письменный язык, не словесный текст, а сама надпись, ее облик: от техники нанесения и формы знаков до места и особенностей размещения.
Эти исследования , прежде всего , направлены на достоверное, точное восприятие и воспроизведение старинных текстов, измененных воздействием времени и людей. Для изучения же тюркских рунических письмен следует знать комплексные методы. Это прежде всего владение древнетюркским языком, глубокие знания фонетических и граматических разборов текста. Некоторые элементы более присущи археологии, в особенности изучению древних изображений. Такая работа требует умения отличать на камне или металле, терракоте или штукатурке, кости или дереве намеренные рукотворные борозды и углубления от естественных и случайных повреждений, равно как и не смешивать первоначальные резы или выбоины с более поздними, не относящимися к самой надписи.
В большинстве случаев р унические источники, надписи отыскиваются археологом или краеведом. При изучении этих материалов филологом необходимо брать во внимание специфику надписи, сохранившуюся на месте создания (на скалах, курганах и стелах), а число этих надписей большое. Не соблюдение этих требований влечет за собой неверное прочтение или толкование. Оттого история изучения рунических памятников знает примеры курьёзного прочтения даже крупными учёными.
Как видим, первый этап изучения письменных памятников в тюркологии намного сложнее, чем последующие. Неправильное у становление первоначального, достоверного облика надписи, ее буквенного состава на стадии изучения и копирования текста, - наиболее частая причина неверного прочтения древних надписей вообще .
Сравнительная грамматика тюркских языков, литература тюркоязычных стран относится к третьему периоду – новотюркским письменам, где уже вырисовываются особенности каждого тюркского языка, литературные направления, складывается своеобразная культура на фоне географического положения определенного тюркского этноса.
Исходя из вышеизложенного, возникает вопрос: следует ли называть науку, которая только формируется и занимается, в основном, изучением орхоно-енисейских памятников, – рунологией. Ведь по существу более точное её название – тюркская руническая эпиграфика и палеографика. И она еще не сложилась как комплексный историко-филологический предмет, ввиду разветвления в процессе развития истории и филологии на самостоятельные дисциплины и утратой объектов на стыке этих наук. Надо заметить, что к этой науке нужно пройти долгий путь познания, начиная от тамговых знаков, эпиграфики и палеографии, на основе солидного багажа знаний древнетюркской филологии, иметь большой экспериментальный, аудиторный опыт. Это требует времени, навыков (включая полевой опыт), скептического хладнокровного аналитического отношения к этой тонкой науке. Ученый должен объективно оперировать фактическим материалом, откладывая в сторону эмоциональные заключения, набираться опыта и глубоких достоверных знаний.
Ораз САПАШЕВ, директор УНИЦ по исследованию
тюркского историко-культурного наследия Алтая
ВКГУ им.С.Аманжолова, кандидат филологических наук.
Литература:
- Э . Торссон. Северная магия: мистерии германских народов. - Киев: София, 1997 - 256 с.
- А.С.Аманжолов. История и теория древнетюркского письма. Алматы: Мектеп, 2003 – 265 с.
|
